Три принцессы под окном сидели поздно вечерком. Одна рыдала, размазывая по аристократическому личику пудру и тушь, создавая благодатную почву для разведения прыщей, две другие ее утешали. Рыдающую девушку (потому что всякая юная особа, если она не замужем, будь хоть принцесса, просто девушка) звали Ксения, греческая принцесса, а подносили ей платки, нюхательные соли и добрые слова германская принцесса Карла и французская принцесса Гала. Чтобы покончить с формальностями, тут же их и опишем: Ксения была… да простят меня их королевские высочества, некрасивой девушкой с острыми чертами лица, гладкими каштановыми волосами и маленькими, чуть припухшими серыми злыми глазками. Карла – пышной голубоглазой блондинкой с изумительными формами и добрыми глазами, Гала – пикантной брюнеткой с черными глазами, лукавой, вертлявой, как бесенок. У каждой были и свои наследственные родовые недостатки: Ксения втихомолку попивала, Карла была ужасной сладкоежкой, а Гала обожала курить сигары. В остальном же они, как и полагается королевским особам, были безукоризненны. Однако проблема одной из них, - была так же неразрешима, как проблемы простых смертных.

- Ыыы, - булькала Ксения, сморкаясь в батистовый платок, - а он не хочет! Не хооооооочет, и все, что мне делать, я никогда так не выйду зааааааамуж!…

Поток слез не иссякал. Карла и Гала переглянулись и побежали еще за стопкой платков, а заодно они надеялись стащить на кухне бутылку коньяка, чтобы Ксения успокоилась и дала им подумать, какой найти выход из положения. А положение было невероятно кошмарным.

В их округе завелся дракон. Красивый классический дракон, с изумрудной чешуей, мудрым взглядом, золотым пламенем из ноздрей, лакированным раздвоенным языком, большими крыльями, пещерой и несметными сокровищами в ней. Звали его Филень.

Как и полагается порядочному дракону, он похищал и уносил к себе принцесс. Зачем они были ему, никто не знает, поскольку совершать с ними какие-то межвидовые акты не позволяла банальная анатомия, питаться ими было невыгодно – мало того, что принцесса ему на один зуб, так еще и разгневанный папашка-король мог потом собрать войско, и даже красивая изумрудная шкура не помогла бы. Да и все равно приезжал какой-нибудь доблестный рыцарь и освобождал принцессу (договаривались полюбовно, без драки). И такова была традиция. Раньше он уносил по принцессе в год, но в связи с повышением концентрации принцесс в данной местности, приходилось уносить по одной, а то и две в месяц. Побывавшая у дракона принцесса считалась прошедшей проверку на качество и ценилась вдвое дороже обычной. Это была уже марка. И вот – Карла и Гала побывали у Филеня, освобожденные доблестными рыцарями-принцами Буллитом и Максусом, теперь были с оными помолвлены. А у Ксении возникли большие проблемы… Она и гуляла в темноте по полям, одна-одинешенька, с негласного одобрения своего отца, греческого царя Герасима, и на площадях людных, принцессами забитых, толпилась, в надежде, что ее по ошибке схватит дракон, и чего только не делала. Но все было втуне. Дракон уносил более удачливых и, может, хорошеньких, а Ксения оставалась без похищения и без жениха.

Напоив рыдающую принцессу коньяком, который ее тут же отключил, и уложив на диване, Гала и Карла принялись совещаться.
- Что делать будем? – вздохнула Карла.
- Что-что… - Гала с наслаждением, озираясь, закурила. – Ничего тут уже не поделаешь, не берет он ее и все. Будь хоть помоложе девка, а то уже под 25. К дракону нелегко попасть, ты же знаешь… - Она выпустила красивое колечко дыма, означающее «Но то, что мы попали к нему, само собой разумеется…» и задумалась.

- Она красивая, - сказала добрая Карла, отправляя в рот шоколадную конфету с помадкой. – Просто… ну, к ней присмотреться надо. Может, если мы ее подкрасим, приоденем, так Филень и того?..
- Да пытались уже, - отмахнулась Гала сигарой. – Помнишь, мы ее одели в мой сарафан, - тот, в котором Филень меня похищал? Ну и? Полетал, хвостом махнул и улетел за русской принцессой...

Карла вздохнула.

- Ну не идти же ей самой к нему, позор будет неимоверный... А давай тогда мы сходим, упросим его, может, он послушает? Мы все ему объясним…
- Так он нас и послушает, - буркнула Гала, пряча окурок в горшок с розой, и тут же просияла. – Уговорить его сложно, а вот подкупить, пожалуй, получится…

Она упросила своего папеньку Еререра III подкинуть любимой доченьке парочку мешочков золотка на рубинчики-алмазики, Карла организовала пару лошадей для прогулки якобы за покупками, повозку, куда с трудом поместили эти мешочки золотка, и они отправились в путь.

- Не хо-чу, - скрипуче повторял Филень Грозный. – Не бу-ду. Не хочу и не буду.

Принцессы выбрали не самое удачное время, чтобы поговорить с драконом и убедить его отойти от своих привычек. Он только что отдал очередному рыцарю очередную принцессу, сделку тихо обмыли, дракон был сыт и хотел спать. А тут... пришли две пигалицы, которых он, кажется, уже прокрутил в своем бизнесе и сдал женихам, хотят еще чего-то, тычут палками в красивые изумрудные бока... Женихов, что ли, других хотят? Пусть обращаются в брачное агентство и не мешают отдыхать. Когда он понял, что они хотят замолвить словечко за свою неудачливую подружку, то заупрямился еще больше. Она не входила в его график ни в этом месяце, ни в следующем, ни через год. Она была уже не так юна и прекрасна, так что товар был невыгодный для кражи. И ничто не могло повлиять на его решение.
Гала скучающе пнула мешок с золотом носком туфельки. Тот звякнул, Гала чертыхнулась про себя - мешок был твердый. Дракон насторожился.

- Что это у вас там?

- Да так, - подключилась Карла. – Если благородный дракон не может помочь красивой, умной, славной принцессе чистейших кровей, то эта безделица ему не пригодится… Гала, позови слуг, сами мы не затащим это золото в повозку…

Филень начал нервно бить хвостом.
- Хм… ну… я бы мог найти для нее местечко где-нибудь к зиме…
- Нет, - твердо сказала Гала. – Не позже следующего месяца. Она должна провести здесь свои две недели и выйти отсюда только замуж. Тут два мешка и третий благородный дракон получит от рыцаря, который придет спасти свою принцессу.
Филень забил хвостом сильнее.
- Три мешка, - напомнила Карла.
- Тащите свою подругу, - безнадежно махнул коротенькой толстой лапкой Филень.

- Не хо-чу. Не бу-ду, - бормотал принц Хитман, сидя в окружении своих верных друзей, принцев Максуса и Буллита.- Не хочу и не буду!

- Хит, но ты должен, - убеждал его Буллит. – Тебе уже пора жениться, а она, говорят, хорошая девушка, и потом, не она, так другая, тебе все равно придется спасать кого-то от дракона! Вот мы же с Максусом спасали, и ничего. Такие, я тебе скажу, красотки достались… - он сложил пальцы в щепоть и чмокнул их. «Вах! Пэрсик!»
- А, может, я вообще не хочу жениться, - капризничал принц. – Может, мне и так совершенно неплохо, тем более, что я еще так молод.
- Надо, Хитман, надо, - похлопал его по плечу Максус. – Ты не бойся, тебе же с драконом драться не придется, да и мы рядом будем… Дашь ему мешок золота, выведешь принцессу и женишься на ней. Дело нехитрое.
- Ох… - принц шваркнул корону о стол. – Ладно! Черт с ним! А то от моей маменьки Эвиты I покоя уже нет! Женись да женись, как будто ей самой править не нравится. Кто там у дракона сейчас?
- Ээ… - Буллит сверился с расписанием в газете. – У него там греческая принцесса Ксения.
Все замолчали.
- Это… та? – осторожно спросил Хитман.
- Ага, - неохотно подтвердил Максус.
- Ну… Хит… - Буллит подергал себя за бороду. – Не век же тебе по фрейлинам да кухаркам, а?
- Чтоб я маленьким сдох, - прочувственно сказал Хитман и пошел собираться в путь.

Шли медленно. Конь Хитмана еле плелся, словно чувствуя настроение всадника, а он ехал во главе процессии. Меч принца волокся по земле, оставляя глубокую борозду, цепляясь за все кочки и бугорки. Великолепный золотой шлем словно потускнел. Из уважения к чувствам друга, принцы Максус и Буллит ехали тоже медленно, хотя им-то как раз хотелось попасть побыстрее на место, ведь они уже договорились, что, пока Хитман будет освобождать Ксению, они с Карлой и Галой встретятся и проведут весело время.

Вот и пещера дракона. Судя по всему, Филень был дома и мирно дремал, только хвост высунул наружу. Хитман жалобно посмотрел на друзей, те знаками показали: «Иди, иди». Подошедшие принцессы хихикнули и одновременно чмокнули Хитмана в щеки, чтобы подбодрить. И веселая компания деликатно отошла, чтобы не мешать ритуалу освобождения.
- Это так романтично, - вздохнула Карла, положив голову на плечо Буллита.

Хитман уныло постучал мечом по стенке пещеры.
- Сэр дракон, вы дома?
Вопрос был глупый, изумрудный хвост не заметить было невозможно.
Филень открыл глаз, прокашлялся, открыл второй глаз.
- Кто посмел тревожить мой покой?
- Это я, принц Хитман. Я слышал, что у вас томится прекрасная принцесса Ксения, я пришел, чтобы ее освободить! – пока получалось неплохо.
- Заходите, - с искренним радушием сказал дракон. – Чайку попьем.
- Не, я это… - отказался Хитман. – Вот, собственно, это… золото, а где принцесса?
- А вот-вот-вот, - радостно захлопотал дракон. – Вот она, красавица наша, Ксенечка, иди сюда, лапа, за тобой пришел рыцарь.

Ксения гордо вышла на свет. За время, проведенное в пещере, она побледнела и располнела, что ей даже шло. Они с Хитманом неприлично уставились друг на друга, изучая.
Дракон вопросительно смотрел на них.
- Н-ну?
Они молчали. Карла и Гала были разочарованы – они ждали, что влюбленные тут же кинутся в объятия друг друга. И будут жить долго и счастливо, так, не разжимая объятий. Максус и Буллит думали: «Надо было поднести ему сто грамм…», имея в виду, конечно же, Хитмана.
- Ну, пошли, - нерешительно сказал Хитман и взял Ксению за руку.
- Ну, пошли, - согласилась та.
Филень облегченно вздохнул, и поволок золото к себе в пещеру.

Вскорости сыграли две свадьбы – Буллита и Карлы, Максуса и Галы. Хитман и Ксения не нашли общий язык даже в интересах двух государств. Так что Хитман сбежал в Африку, где женился на красивой негритянской принцессе, а Ксения ушла в монастырь, притворившись мужчиной, и дослужилась до кардиналы, а потом и до папессы, и умерла от родов во время церковного шествия. А так все, конечно же, жили долго и счастливо. :)