Избитая и осужденная за ложный донос на солигорского участкового Пугачева (а взаправду – за оппозиционную деятельность) на два с половиной года лишения свободы правозащитница Яна Полякова повесилась, заявив коллеге Валерию Щукину, что «не будет зечкой». Помимо лишения свободы, ей предписывалось выплатить миллион белорусских рублей оболганному Пугачеву в качестве моральной компенсации. Суду над Поляковой предшествовала «травля», связанная, по-видимому, с деятельностью женщины как агитатора в поддержку кампании Ольги Козулиной, решившей пойти по стопам отца и стать депутатом. По словам Яны, ей звонили по телефону, угрожали, избивали все, кому не лень, в том числе и другие сотрудники милиции, даже сломали руку. Однако желание дать стране нового депутата оказалось сильнее чувства самосохранения, - и привело к трагическому финалу. И, хотя оппозиция страны уже назвала событие «судилищем» и очередным проявлением кровавого (режима, террора, диктаторства, нужное подчеркнуть), в этой истории немало белых пятен (например, деятельность Поляковой, которая нигде официально не работала, а занималась правозащитой на общественных началах, служебная командировка участкового Пугачева, имевшая место быть во время инцидента с избиением), а также нездешнее количество иронии, вылитое косвенными участниками события друг на друга, очень наглядно показывают, что самоубийство Поляковой станет очередной иконой оппозиции и неловким для страны событием, - но никак не смертью живой, настоящей женщины. Но боюсь, что в той веревке намыленной есть по ниточке от каждого из нас… (с)