«Репортер погибнет – не беда», - так звучит часть известной «Песни военных корреспондентов» в исполнении Леонида Утесова. Причем, как показывает практика, всем абсолютно пофигу, от чего же именно погибнет виртуоз фарса, - от снаряда ли, упавшего в ту же воронку второй раз, от пули киллера, нанятого трясущимися над разоблачением царьком криминальных или же от голода. А вот журналистам совсем не пофигу, знаете ли. Хотя большинство из этой братии гаденькие, продажные и никому не нравятся, но они тоже мягкие, живые, теплые и хотят кушать. Хотя бы раз в два дня, но досыта. И это желаний иной раз доходит до таких пределов, что журналист решается не просто на слово, но на Дело. Раз пошли на дело два уволенных с Первого канала (Россия) корреспондента. То есть, никуда они на самом деле не пошли с рабочего места, а заперлись в комнате и начали кричать, что их уволили, не дав ни компенсации, ни выходного пособия, ни корки хлеба на дорожку. Когда недовольный шумом Константин Эрнст решил посодействовать скорейшему завершению эль скандаль, самолично вынеся каждому по ломтю бородинского, забастовщики Эльхан Мирзоев и Олег Пташкин отказались, объявив голодовку и даже пригрозили сжечь себя ап бензин, если их попытаются остановить. Все, чего требовали отчаявшиеся коллеги по перу, - восстановить их на рабочих местах, а затем уволить, но по закону. Какое решение примет руководство Первого канала, пока неизвестно, но угроза пожара Останкинской башне, где запирались Мирзоев и Пташкин, уже не грозит, - журналистов удалось вывести из комнаты силой. Дальнейшая их судьба неизвестна. В принципе, будет несправедливо наказывать за попытку высказаться тех, кто всю рабочую жизнь только и занимался тем, что говорил за других.